Новости, объявления, справочник Бердянска

Войти | Регистрация

17
ноября



Анекдот
- Я на Новый год мечтаю в Испанию съездить, от быков побегать...
- Да съезди в Люберцы на дискотеку, толкни кого-нибудь - и бегай.

«На войне страшно всегда. Это неправда, если говорят, что не страшно»


15 февраля – очередная, 22-я годовщина, вывода советских войск из Афганистана. До сих пор эта 10-летняя война не получила однозначной оценки историков. Если для геополитических интересов Союза она, как утверждают многие, была абсолютно не нужна, то что тогда сегодня делают в Афгане американцы? Отношение к самим воинам, выполнявшим свой долг в Афганистане, тоже сложилось неоднозначное.


С одной стороны, их уважали как людей, побывавших на войне. С другой – при участии политиков, прессы и кинематографа в общественное сознание начали закладывать мысль о том, что жертвы и героизм на этой войне были напрасны, потому что сама война была бессмысленной. Тут же, как следствие, стали говорить о таком явлении, как «афганский синдром». Смысл этого понятия сводился к тому, что парни, прошедшие Афганистан, вернулись на родину чуть ли не с подорванной психикой.

А вот что обо всем этом думают сами ветераны Афганистана, мы решили узнать у Владимира Мякоткина. Он прошел Афган, был первым руководителем городской организации ветеранов Афганистана, а сегодня является заместителем председателя. В общем, слово тому, кто испытал все это на себе.


Ветераны-афганцы. Наши дни. Третий слева – Александр Врублевский, председатель городской организации. Второй справа – Владимир Мякоткин, заместитель председателя городской организации ветеранов Афгана



Владимир Мякоткин. 1986 год. Афганистан
– Как Вы попали в Афганистан?

– Как и все – по призыву. В Афгане был с августа 1985 по май 1987.

– Вы сами бердянец?

– Да, родился в 1966 году. Жил и живу по сей день в мик-рорайоне Колония. Окончил школу №20, затем виноградарный техникум по специальности техник-механик.

– О том, что попадете служить в Афганистан, наверное, не думали?

– Почему нет? Тогда было время, когда о возможности попасть в Афганистан думали все призывники. Я был здоров, физически крепок. Так что…

А окончательно сомнений в отношении того, куда попаду служить, у меня не осталось с отправки. На сборный пункт в военкомат я должен был явиться 9 апреля 1985 года. Как положено, накануне, то есть 8 апреля, дома должна была быть отправка… Ждал друзей… Тут приезжают из военкомата и говорят: у тебя полчаса на сборы – и мы тебя забираем. Таких, как я, было еще пять человек. В Симферополе нам сказали, что едем в Венгрию. Восьмерым ребятам из других городов – что в Чехию. Но все мы прилетели в Ашхабад. И тут уже никаких объяснений не нужно было. У меня и еще у одного бердянца Виталия Вакуменко была возможность остаться в учебном центре. Но мы отказались. В Бердянске мы с ним вместе учились, вместе были в учебном центре, на карантине в Туркмении, вместе попали в один полк. Но, правда, служили в разных городах. Хотя во время службы не раз встречались при выполнении боевых заданий.

– А в каких частях Вы служили?

– Служил я в 66-й отдельной мотострелковой бригаде артиллеристом. Так получилось, что меня сразу назначили командиром установки БМ-21 «Град». Дислоцировались мы в Джелалабаде. Зоной ответственности нашей являлись афганские провинции Кунар и Нангархар. Это граница с Пакистаном. Наша часть была боевой. На месте мы не засиживались. На базе месяцами не были. Если неделю нас никуда не бросали – это была редкость и праздник. Если больше двух недель оставались на месте, значит, готовилась масштабная операция.

– Первое боевое крещение когда получили?

– В первую же мою ночь в части. Нас подняли по тревоге. Мы должны были поддерживать огнем наших десантников.

– Страшно было?

– На войне страшно всегда. Это неправда, если говорят, что не страшно. Другое дело, что поначалу, пока нет боевого опыта, тебе все интересно. Началась стрельба, что-то рвануло – ты сразу интересуешься, выглядываешь... И сразу получаешь подзатыльник от старослужащего, мол, куда высовываешься, убьют… Помню еще, что в первые дни удивлялся: на войне, так сказать, на практике, оказалось все не так, как нас учили. Действительность совершенно другая.

Поначалу я и все остальные молодые солдаты очень уставали. Засыпали чуть не на ходу. Помню, я заснул даже на посту. Точнее, я дождался смены, увидел ее, начал шагать навстречу, и, видимо, осознавая, что это все, меня ждет отдых и можно расслабиться, я, шагая, на ходу заснул и прошел спящим мимо смены, за что и получил.

А вообще было всякое за время службы: и весело было, и грустно, и страшно. Попадали и в засады, и под артиллерийский обстрел, и товарищей теряли. Когда первый раз попал в засаду, у меня волосы на голове от страха шевелились. Хотя первая мысль была: «Как расстроится мама, если меня убьют». Мне казалось, я ее этим подведу.

– Может, какой-то эпизод вспомните…

– Эпизодов было много. Один из самых таких драматичных – это когда мы три дня с бригадой за духами гонялись. А потом бригада ушла на отдых, а нас, артиллеристов, оставили с одной ротой местной национальной афганской армии. Мы контролировали высоту. И вот духи захотели нас оттуда выбить, а мы решили сменить дислокацию, выдвинулись – и тут попали в засаду. Местная афганская армия сразу же куда-то исчезла. То они были впереди, то вдруг оказались где-то далеко сзади и левее нас. Нам пришлось принимать бой. Сложно сказать, чем бы он закончился. Но нам очень помогли наши «вертушки». Мы их вызвали на помощь по рации. Они подлетели как раз вовремя и дали жару. В том бою мы потеряли одного человека, двоих ранило.

– А приятные моменты вспомнить можете?

– Армейский быт однообразен. Уход за техникой, оружием.

Плюс не забывайте, что там очень жарко и влажно. Мы стояли в устье реки Кабул. Рядом с нами был цитрусовый сад. Апельсины, мандарины… Обезьяны бегают…

Ну а приятные яркие воспоминания – это дни рождения. А предел мечтаний в армии – это баня. Бывало, по две недели не мылись. Представляете, как мы ждали бани…

– А дедовщина была?

– В Афганистане была Советская Армия образца 1980-х годов. Конечно, была дедовщина. Молодым солдатам приходилось выполнять те или иные работы за старослужащих, но это были работы в интересах всех, так сказать, общего назначения. Они не касались непосредственно лично того или иного старослужащего. Могли дать тумака, подзатыльник… Но жестокости не было.

В то же время старослужащие молодых под пули не посылали, старались сберечь, помочь в боевых условиях. И это тоже правда. Сколько раз было: «А-ну сиди, я первый перебегу» или «посмотрю», или «в разведку схожу». Поэтому взаимоотношения в подразделении были как среди боевых товарищей. На войне ты должен рассчитывать на плечо товарища, а он на тебя, иначе нельзя. У нас и с офицерами были нормальные отношения. Не панибратские, нет. Но очень нормальные, офицеры для нас были как старшие товарищи.

– Скажите, в свое время очень много говорили об «афганском синдроме», что парни, прошедшие войну, психологически искалеченные и т.д. Вы сами прошли эту войну, испытали, так сказать, все на себе. Что можете сказать по этому поводу?

– Конечно, человек, побывавший на войне, видевший смерть, меняется. Он не такой, как был до этого на гражданке. Для кого-то это, возможно, заканчивалось и нервным срывом, и психологическим расстройством. Но в большинстве своем из Афгана возвращались, да, повзрослевшие, да, многое увидевшие, но вполне нормальные люди. Да, кто-то потом спился, кто-то стал наркоманом, кто-то пошел в криминал, а кто-то, наоборот, достиг определенных вершин и в политике, и в бизнесе. Это все как у всех остальных людей в нашем обществе, независимо от службы в Афганистане. Вот разве только у «афганцев» было более острое отношение к справедливости и правде. Вы спросите у любого ветерана. Большинство вам ответит: служба в Афганистане была и сложной, и тяжелой, и страшной, но это были лучшие годы.

– Почему?

– Чувство локтя, товарищеские взаимоотношения. К тому же война… там все просто… Это черное, это белое. А при-шли мы на гражданку – дефицит продуктов, сухой закон, начало кооперативного движения. Страна рушится…

– В 1990-е годы модно было говорить об Афганской войне как об ошибке, как о несправедливой войне. А как относились тогда к ней сами военнослужащие? Как оцениваете эту войну Вы сами сегодня?

– Тогда мы были солдатами. В подавляющем своем большинстве – хорошими солдатами. И патриотами. Мы готовы были выполнить любые приказы и подставить свою грудь как за товарища, так и за своего командира. Готовы были на любой геройский поступок. Мы тогда считали, что выполняем благородную миссию. Мы ни разу не получали приказов на уничтожение населения. У нас не стояла задача победить народ и эту страну. Нужен был Афганистан для СССР – страны, которая являлась одним из мировых лидеров? Мне сложно сказать. Но то, что там находятся сегодня американцы, это тоже не случайно. И потому лично я и тогда, и сегодня убежден в том, что мы выполняли необходимую для нашей страны задачу. Более того, мы выполняли не только свою задачу, наша страна стремилась принести определенные блага в Афганистан. Это беднейшая страна мира, которая живет главным образом за счет производства наркотиков. И вопрос, что делать с этой страной, как ей помочь – он открыт по сегодняшний день. Другое дело, что социалистический способ хозяйствования, атеизм, с которыми мы пришли в Афганистан, они не были там восприняты. И это тоже правда. Но правда и в том, что сами афганцы, сравнивая присутствие в своей стране наших войск и войск американцев, говорят о том, что мы были лучше.

– В свое время говорили также о том, что война в Афганистане способствовала во многом тому, что в СССР распространилась наркомания. Распространилась за счет солдат, баловавшихся наркотиками в Афгане. Ваше мнение по этому поводу?

– Отчасти это правда. Курили травку многие. Некоторые везли даже с собой в Союз контрабандой. Офицеры высшего звена (далеко не все, но были и такие) налаживали тогда первые каналы наркопоставок. Поэтому Афган, конечно же, способствовал распространению наркомании в СССР. Но, уверен, что это произошло бы и без войны. Чуть позже, возможно. Но произошло бы.

Поначалу ни о наркотиках, ни о контрабанде в СССР и речи не было. Но когда страна начала погружаться в хаос, это отразилось и на армии. Думаю, при сильной власти в стране этого не произошло бы.

– Скажите, фильм Бондарчука «9 рота» – это все-таки фильм, или там есть отражение афганской действительности?

– В любом случае фильм есть фильм. Но многое в нем действительно взято из жизни.

– Знаю, что Вы были одним из создателей бердянской организации Союза ветеранов Афганистана «Шурави». Стали первым ее председателем. Как возникла идея, и зачем понадобилось создавать такую организацию?

– Армия – это взаимовыручка, чувство плеча друга. Вот где-то через год после моего возвращения из армии мы с товарищами и решили создать организацию ветеранов Афганистана. Честно скажу, что изначально главной была даже идея не столько взаимовыручки и поддержки друг друга, сколько патриотическое воспитание молодежи и подготовка к службе в армии. Это был 1988 год. Время, когда прежние ценности постепенно утрачивали свое значение, а среди них и патриотизм стал отходить на второй план. Все большее количество людей интересовало свое личное я, проблемы семьи. А страна, город – все это уходило на второй план. Возможно, в чем-то мы были и наивными, но я и сейчас считаю, что мы правильно делали, стараясь привить молодежи чувство патриотизма, любви и гордости за Родину. Первой в нашей области организацией ветеранов Афганистана стала организация в городе Энергодаре. Она, кстати, и была в то время областной. Мы съездили туда, взяли необходимые бумаги, узнали, что как делается, и уже с конца августа в Бердянске начала работать территориальная организация Союза ветеранов Афганистана «Шурави». Уже вскоре в виноградарном, машиностроительном техникумах, в школе №16 были открыты спортивные секции. Мы проводили встречи со школьниками и студентами, а чем дальше, тем активнее начали заниматься защитой интересов членов нашей организации. Эта проблема становилась все более актуальной. Менялась жизнь, не стало страны, за которую мы воевали. И хотя льготы оставались, нет-нет да и приходилось слышать от того или иного руководителя: «Я вас в Афган не посылал, какие могут быть ко мне вопросы».

– Сколько «афганцев» в Бердянске?

– Порядка 400 человек. Самый молодой – 1970 года рождения.

Из этого количества 120 – активные члены нашей организации. Данная цифра постоянно меняется, так как есть люди, которые, решив те или иные свои личные проблемы, отходили от активного участия в организации. Но это их право.

Постоянной нашей заботой являются семьи погибших воинов. Таких в Бердянске 23. Помогаем, чем можем. В частности, у них есть законная льгота на 50%-ую оплату коммунальных услуг. Вторые 50% мы изначально перекрывли, зарабатывая сами, чтобы им оплатить. Потом эти затраты брали на себя город и областной бюджет. Надеюсь, что и в этом году этот вопрос также будет решен.

Была у нас мечта открыть свои отделения по предприятиям города. Но большинство предприятий умерло. На сегодня остался один порт. И должен сказать, там неплохо заботятся о ветеранах-афганцах, членах коллектива портовиков.

Сегодня нашу организацию возглавляет Александр Врублевский. Собственно, не только сегодня, а на протяжении уже многих лет. Руководителем нашей организации его избирали уже трижды.

– Он и депутат горсовета уже не первый раз. И вообще, организация ветеранов-афганцев не стоит в стороне от политической жизни Бердянска.

– Мы стараемся участвовать во всех сферах. Потому что наша первоначальная идея – не быть равнодушным к судьбе города и страны – остается актуальной по сей день. Внутри организации мы не делим друг друга по политическим признакам. Хотя симпатии и взгляды не у всех одинаковы. Но мы считали и считаем, что на местном уровне важен не флаг партии, а желание работать. Именно потому в городском совете у нас всегда было два-три депутата. Например, в прошлом совете Александр Врублевский, Сергей Давидянц, а сегодня в совете, помимо Александра Врублевского, депутаты-афганцы Виктор Мириленко от Соцпартии, Олег Апполонский от Партии регионов. Что касается меня и Александра Врублевского, то мы давно поддерживаем «Сильную Украину». Я в прошлом созыве был депутатом областного совета.
Одним словом, мы активные участники жизни в городе. Я, помимо того, что являюсь заместителем председателя организации «афганцев», с 2003 года возглавляю ОСМД «Азов», которое объединяет три дома: №84 по ул. Короленко, а также Баха 40-42.

Не все удается, что хотелось бы, нужно признать, допускаю и ошибки. Что-то не смог, что-то не успел. Но есть желание работать, есть целеустремленность, есть вера в свои силы. И сегодня я говорю спасибо службе в Афганистане, потому что она дала мне и хорошую закалку на будущую жизнь, и хороших друзей.




информация предоставлена газетой "Город"

Новости за 10.2.2011
- В профсоюзе порта выявлены злоупотребления на 270 тысяч грн.

- Столичная театральная звезда с бердянскими корнями

- «Основным направлением работы прокуратуры в 2011 году станет наведение порядка в сфере земельных отношений»

- Педагогический коллектив и студенты БГПУ поддержали Викторию Зарву

- Если денег вдесятеро меньше, чем желаний, необходимо определять приоритеты

- Губернатор удовлетворен ответами на свои вопросы по государственным деньгам

- Оздоровление в клиническом санатории «Бердянск»

- Светлая память Валерию Григорьевичу Денисенко

- Народного депутата Валерия Баранова избрали руководителем областной организации Народной партии

- Администрации Центрального рынка дано две недели

- «Бизнес-лига»: команды преодолели экватор групповой стадии

- «Чайка» занимает первое место в подгруппе




© 2009 - 2017г. Vnete.com.ua
г. Бердянск, Косенко Вячеслав
Нашли ошибку?    Добавить свою информацию    Обратная связь    Свадьба Бердянск Бердянск